Слюдянку я ждал с самого Иркутска. Говорили, что там особенный вокзал, и что от перрона видно Байкал. Оба обещания оказались правдой.
Здание вокзала сложено из местного камня. Светлые стены с прожилками в утреннем солнце кажутся почти розовыми. Я обошёл его по перрону, насколько позволила стоянка, и пожалел, что нельзя задержаться. К камню хочется прикоснуться рукой.
За станцией, совсем близко, лежит озеро. В тот день было тихо, и вода у берега была прозрачной до самого дна. Вдали над водой поднимались горы с полосками снега даже в июне. Весь перрон стоял и смотрел в одну сторону.
На перроне продавали копчёную рыбу. Запах стоял на всю платформу, и устоять было невозможно. Я купил одну на двоих с соседом. Мы ели её уже в вагоне, глядя, как дорога тянется вдоль берега, и никто из нас не сказал ни слова, пока озеро не скрылось за мысом.